Печатная версия
Архив / Поиск

Archives
Archives
Archiv

Редакция
и контакты

К 50-летию СО РАН
Фотогалерея
Приложения
Научные СМИ
Портал СО РАН

© «Наука в Сибири», 2019

Сайт разработан и поддерживается
Институтом вычислительных
технологий СО РАН

При перепечатке материалов
или использованиии
опубликованной
в «НВС» информации
ссылка на газету обязательна

Наука в Сибири Выходит с 4 июля 1961 г.
On-line версия: www.sbras.info | Новости | Архив c 1961 по текущий год (в формате pdf), упорядоченный по годам
 
в оглавлениеN 22 (2557) 1 июня 2006 г.

НГУ: ЖИВЕМ СЕГОДНЯ,
СМОТРИМ В ЗАВТРА

Кабинет ректора Новосибирского государственного университета члена-корреспондента РАН Николая ДИКАНСКОГО не отличается роскошью, скорее, наоборот, аскетизмом. Хозяину кабинета не до любования изящной мебелью, т.к. под его «опекой» находится громадное хозяйство, призванное не только научить 6300 студентов всех тринадцати факультетов их будущим профессиям, но и обеспечить им достойные условия для этого обучения, а полутора тысячам преподавателей — создать не менее комфортные условия для того, чтобы они могли не только в полной мере передать студентам свои знания, но и постоянно повышать свою квалификацию.

В. Бякин, «НВС»

— Николай Сергеевич, тяжело «тащить» такое большое хозяйство?

Иллюстрация

— На самом деле наш университет — один из самых маленьких классических университетов в России. При этом важно, что бюджетная численность студентов НГУ — 4000 человек, а платно в университете обучается всего лишь треть студентов. И такое соотношение университет поддерживает давно. Есть, разумеется, аспирантура, докторантура. Кроме этого, еще 500 учащихся физматшколы и 500 студентов Высшего колледжа информатики. В НГУ присутствуют практически все виды обучения, начиная от школьного уровня и заканчивая доктором наук. При этом в университете существует только очная форма обучения и только в стенах «alma mater» — никаких филиалов.

— Скажите, а ведется ли какая-то статистика по трудоустройству выпускников, интересуется ли вуз их дальнейшей судьбой?

— Сейчас это не так просто сделать. Но, тем не менее, у нас есть кадровый центр, который занимается организацией распределения студентов, учит, как писать «curriculum vitae», как разговаривать на собеседованиях у работодателей. Кроме того, центр приглашает сюда компании, которые имеют возможность здесь, на месте, отобрать себе перспективных работников из числа студентов. Вообще-то, у нас с распределением на работу проблем нет — востребованы все. Прежде всего, есть государственный заказчик в лице Академии наук. Если, например, говорить о выпускниках по точным наукам — математике, биологии, химии — практически 100 % из них, особенно магистранты, принимаются на работу в академические институты. В связи с этим уместно подчеркнуть, что наш небольшой университет дает треть всех молодых специалистов РАН! Так мы продолжаем выполнять свое предназначение, которое было задано нам еще в 1958 году — ковать кадры для российской науки.

— Помнится, еще в 2004 году поднимался вопрос об открытии факультета почвоведения. Собирались также готовить гидрологов, климатологов, метеорологов. Но до сих пор в университете этих специальностей нет. Говорят также, что есть более значительная потребность в химиках…

— У нас есть факультет естественных наук, на котором представлены все разделы химии: мы выпускаем специалистов по катализу, химии твердого тела, неорганической и органической химии, химической кинетике… Но, к сожалению, их явно не хватает. А факультет почвоведения в стране только один — в Москве. Здесь же, в Новосибирске, есть Институт почвоведения — академический институт. Однако, те институты, у которых нет базовых кафедр, вынуждены питаться выпускниками из других регионов. А мобильность людей сейчас очень сильно понизилась, т.к. институты не могут предложить хороших зарплат, жилья. Как следствие, такие институты сегодня находятся в тяжелом состоянии. Поэтому, если Институт почвоведения будет переведен в Академгородок, конечно, для начала нужна будет кафедра почвоведения в НГУ, а потом — факультет. Я считаю, что для классического университета наличие этого факультета должно быть обязательным. Ведь почвоведение — это целый «космос» интересных решений, приложений, колоссальное многообразие всего того, что живет на земле и в земле! Это очень важная наука, и я считаю, что, по-видимому, факультет почвоведения будет следующим, который мы откроем.

Нужно нам готовить также и химиков-технологов, биотехнологов. Наиболее необходимые для нашего региона специальности мы должны развивать. И первостепенное значение все это приобретает в свете создания технопарка. Для меня, например, одна из главных задач сейчас — определиться с тем, какое направление в науке в ближайшие 20-50 лет будет развиваться особенно интенсивно. Поэтому стратегия развития университета должна ориентироваться на те направления, которые в перспективе наиболее актуальны.

— Николай Сергеевич, раз уж вы затронули тему расширения университета, давайте поговорим о строительстве нового корпуса. В каком состоянии сейчас находится этот вопрос?

— Во-первых, не просто нового, а главного корпуса. На самом деле у нас никогда и не было главного корпуса. Нынешний, в котором находится мой кабинет, никогда не планировался главным — он строился как лабораторный. А под строительство землеотвод, наконец-то, недавно получен, и сейчас нас уже ничто не останавливает. В течение месяца мы должны пройти процедуру организации конкурса на проектирование — будут даны соответствующие объявления, выставлена информация на нашем сайте, и разные компании будут предлагать свои архитектурно-планировочные решения. Предварительно мне уже приносят кое-какие варианты.

Иллюстрация
Несостоявшийся проект 1986 г. (развертка фасада вдоль Университетского проспекта).

— Ни к чему еще не успели особо расположиться?

— Каждый раз, останавливаясь на новом красивом варианте, я влюбляюсь в него, но… Потом посмотрим. С лучшим еще предстоит определиться. Нам ведь нужно «вписаться» в количество учебных мест, определиться с размерами аудиторий, музея, актового зала и т.д.

— Скажите, а сколько леса пострадает при строительстве? Конфликтная ситуация с «зелеными» разрешилась? Была информация, что каждая из сторон занималась сбором подписей «за» и «против» строительства.

— Подписей мы собрали больше. А леса «пострадает» 8 га. Честно говоря, организация «зеленых» весьма условна. За что она отвечает? За природу? Если так, то почему наши леса находятся в таком состоянии — падают деревья, разводятся вредители? Давайте разберемся: эти люди организовались только ради того, чтобы поговорить или для какого-то конкретного дела?

— Быть может, в этом контексте следовало бы тогда поднять вопрос о какой-либо службе леса?

— Она была и есть — ЛОС. Только раньше она была в составе Сибирского отделения РАН, а теперь является муниципальной. И вот они-то как раз и запустили этот лес! Здесь присутствует еще некая экстремистская позиция: «город-лес», в котором ничего строить нельзя. На мой взгляд, это означает только одно — если мы не развиваемся, мы гибнем. Нужно, конечно, беречь природу, поддерживать леса, но надо думать и о развитии. Ведь на самом деле лес, в котором находится город, — это уже не лес, его экосистема уже видоизменена, флора и фауна имеют совсем другой состав, чем в диком лесу, и за каждым деревом здесь нужно ухаживать, прочищать территорию.

К сожалению, экстремистская позиция, о которой я сказал, прослеживается здесь уже давно, в результате чего Академгородок не развивался. А ведь мы живем в Сибири с ее колоссальной территорией! Кому можно будет объяснить, что не дали место под строительство университета потому, что земли нет?! У нас сотни тысяч гектаров леса горит ежегодно. Его поджигают специально, чтобы выбраковать, срубить после этого и продать.

— А ведь еще не менее актуален вопрос и со строительством новых общежитий.

— Вопрос действительно актуален. У нас 11 общежитий, и всем им уже лет под 40, а каким-то и больше. Они, разумеется, требуют капремонта, т.к. в последние 15 лет его не было, здания ветшали и разрушались. Деньги, которые выделялись на ремонты, в основном тратились нами на первоочередные задачи — латание кровли и укрепление фундаментов. В то же время ветшала, например, электропроводка, в то время как нагрузка на нее возрастала. Студенты из-за дороговизны общественного питания стали предпочитать готовить пищу дома, поэтому идет перегруз электросетей. Соответственно, возросла и пожароопасность наших зданий. Все это требует огромных денег. Тем не менее, мы закладываем сейчас проект нового общежития на тысячу мест с комнатами по типу «студий», в которых будут и санузел, и электропечь.

— Земля отведена? В каком месте? Тоже в лесу?

— Да, земля уже отведена — напротив лабораторного корпуса и физматшколы. У этого здания будет две секции, и какая-то доля леса выборочно будет вырубаться. Университет все равно должен расширяться. В основном с точки зрения увеличения аспирантуры, привлечения студентов в магистратуру извне, из других вузов. Но конкретного архитектурного решения у нас пока еще нет.

— В 2002 году сообщалось, что была достигнута договоренность между тогдашним министром образования В. Филипповым, губернатором нашей области В. Толоконским и председателем СО РАН Н. Добрецовым о подписании трехстороннего соглашения по поддержке развития НГУ в рамках «особого статуса» по учредительству. Где застрял вопрос?

— Это соглашение так и не было подписано. Были обращения в высшие инстанции, принимались какие-то решения, но юридически это сделать в то время было нельзя. Дело в том, что учредителем всех государственных организаций является Правительство РФ, а функции учредителя могут передаваться ведомствам. В плане нашего университета такие функции выполняет Минобрнауки. Академия наук властными полномочиями не обладает и поэтому не может быть учредителем. Это и было камнем преткновения. Сейчас закон изменен, и это уже можно сделать. Но, если раньше я был абсолютно уверен, что это нужно делать, то сегодня у меня возникли сомнения, т.к. университет не может быть просто отдельным институтом в составе Новосибирского научного центра. Он занимает в нем особое место, т.к. является интегрирующей организацией для всего СО РАН. И не только его, но также и для СО РАМН, и СО РАСХН — мы готовим специалистов для них всех. Поэтому, переходить сейчас или не переходить под крыло РАН, должен решать, в принципе, Ученый совет университета. Я опросил всех деканов об их отношении к этому, и они сказали, что сейчас не время, т.к. академия наук в данный момент реформируется, ее пытаются перестроить, там что-то меняется, и ей сейчас не до нас. Кроме того, если говорить о ее финансировании, то сейчас это происходит плохо, в то время как Минобрнауки начинает интенсивно финансировать развитие капитального строительства. На данный момент нам выделен бюджет на проектирование главного корпуса и т.д., и при переходе в структуру Академии наук, я боюсь, что все это мы можем потерять.

— Академик  В. Накоряков считает, что «НГУ должен стать национальным исследовательским университетом. Пришло время для его реорганизации: нужно переходить к системе создания стационарных кафедр, заполнения их штатными сотрудниками, чтобы осуществился переход части сотрудников институтов в университет, а часть инновационного сектора институтов превратилась бы в университетские лаборатории, внедренческие группы». Вы поддерживаете такую точку зрения?

Иллюстрация
Один из современных эскизных набросков НГУ.

— Я считаю, что национальный исследовательский университет — это правильно. Это будет университет, который объединил бы в себе исследовательские институты, лаборатории, и который работал бы не только на свой регион, но на всю Россию. Такой вариант — это, безусловно, вариант объединения и интеграции. Но что сейчас этому мешает? В Академии наук есть система институтов, которая налажена и работает, имеет финансирование. А в Агентстве по образованию тоже есть институты, но они, в силу существующих законов, не являются исследовательскими институтами. У них нет настоящего, полнокровного бюджета, они находятся вообще в непонятном, «подвешенном» состоянии. Поэтому, если взять, например, и какие-то институты перевести из РАН в университет, то они окажутся в ложной ситуации. Зачем же это делать? Если институты Министерства образования будут иметь такой же статус, как и институты академии наук, тогда это будет замечательно.

— В 2002 году по вашей инициативе была создана Ассоциация классических университетов России. Она существует до сих пор? Если да, то чем она занимается?

— Прежде всего, на ней обсуждаются проблемы российского фундаментального образования. Ведь технические университеты от классических все-таки отличаются. Поэтому, кто должен думать о преподавании, например, физики в стране? Ясно, что классический университет. Фундаментальные науки, на которых зиждется все остальное — это забота классических университетов. Периодически мы встречаемся, обсуждаем, каким предметам нужно учить, как учить и сколько.

— Близится 50-летие СО РАН. Вы являетесь членом комиссии по подготовке мероприятий к этому юбилею. Какие шаги делаются в этом направлении?

— Они делаются в соответствии с планом, который обсуждался на заседании Президиума СО РАН. Обо всем этом можно прочитать. Я хотел бы обратить ваше внимание на то, что и нашему университету скоро исполнится 50 лет. Постановление Правительства СССР о создании Новосибирского государственного университета датируется 9 января 1958 г. И вот об этом юбилее мы тоже помним, знаем и тоже готовимся. Мы хотим выпустить книгу о профессорах НГУ — это очень большой труд, потому что только членов РАН у нас преподавало и преподает 213 человек. Безусловно, сейчас мы весьма озабочены строительством главного корпуса, но, вместе с тем, обсуждаем в министерстве и вариант капитального ремонта к юбилею и существующего основного корпуса.

Фото В. Бякина

стр. 6

в оглавление

Версия для печати  
(постоянный адрес статьи) 

http://www.sbras.ru/HBC/hbc.phtml?21+378+1